Вот что пишет Павел Маслюков о персонажах пьесы Господина Де Мольера "Тартюф" в порядке пояснения актёрам. Это важно для понимания обстановки разврата, в которой я неосмотрительно оказался по приглашению случайного знакомого.

Тартюф Оригинального Издания Господина Де Мольера не имеет ничего общего с персонажами, которые предстают на сцене в российских театрах. 

 

ОРГОН – госслужащий, вор и муж кукольд, который приветствует распутный образ жизни своей новой супруги. Игровой возраст Оргона 40-50 лет. Его роль похожа на главного персонажа более ранней пьесы Мольера «Сганарель или жалобы кукольда» : только если там был пьянчуга, то здесь богатый госслужащий. У Оргона имеются и гомосексуальные склонности по аналогии со "Сганарелем". Только если Сганарель активный бисексуал, то здесь пассив. Носит бороду. Немного толстоват. Он желает переписать своё имущество на проходимца, чтобы уйти от расследования финансовых махинаций и риска обнаружения доказательств участия в подготовке политического заговора. Актёр не должен демонстрировать из себя экзальтированного простака, а, напротив, играть корректного, острожного и очень жуликоватого мужчину. Это должно интриговать зрителя и как и у КЛЕАНТА вызывать недоумение: зачем Оргону понадобился Тартюф?

 

ТАРТЮФ. Примерно ровесник Оргона или чуть моложе, 30-40 лет. Согласно изначальному замыслу автора Тартюф реальный «батюшка» низового церковного звания, который попадает в логово разврата. Однако, после жёсткой критики сразу же после первых постановок при Дворе пришлось придать персонажу мирскую окраску.
Достаточно трёх типажей :

а) «Экзальтированный фанатик» – типаж актёра В.И.Сухорукова,

б) «Писклявый филёр» – типаж актёра Ю.В.Краскова,

в) «Ветеран «горячих точек» – суровый небритый мужчина.

Лучше третий вариант. Можно и совместить все три прототипа. Главное, Тартюф самый обычный человек. Он жертва своей судьбы, которая послала ему жену-шлюху и её мужа-кукольда. Сам Мольер отзывался о Тартюфе, как о "мерзавце", "обманщике", "негодяе", но писал это он с явной симпатией. "Батюшка", но очень специфический.

Зритель не знает, является ли Тартюф официально священником и состоит ли тот в нетрадиционном "братстве".

Из одежды сутана, что-то монашеское или простая одежда.

У Тартюфа есть ученик ЛОРАН. Это наглый грубый мальчишка, который не говорит слов. 

ЭЛЬМИРА – мачеха для детей Оргона ДАМИСА и МАРЬЯНЫ. Возраст – 30-40 лет.

Из признания Оргона известно, что к Эльмире уже прибывало не менее 6 гостей-мужчин, которых Тартюфу удалось выпроводить. Такова статистика.

Главное, что актёры должны понимать : из текста Мольера очевидно, что факт измены супруги Эльмиры с Тартюфом не печалит Оргона. Наоборот. Он предлагает Тартюфу пользоваться ею. См. сцену VII акта III :

Т. : Я буду вашу супругу обходить стороной.

О. : Нет же, вопреки всему, посещайте её покой.

Мне очень нравится злить людей ;

И я сам хочу, чтоб вас видели с ней.

В свою очередь Эльмира, обделённая наследством, желает дискредитировать Тартюфа, рассматривая его как конкурента на деньги. В результате, изображая своё «соблазнение» (конечно, в кавычках), та провоцирует Тартюфа на неприятную фразу в отношении её мужа. См. завершение речи Тартюфа в сцене V акта IV :

Нужна ли ему эта тревога !

Между нами, мужу вашему - дальняя дорога.

Одета, как принцесса.

 

КЛЕАНТ – брат Эльмиры. 30-40 лет. Весь в свою сестру. Скрытный участник распутных вечеринок. Главный лицемер в данной пьесе. «Галант» одет по моде, очков не носит : некоторые режиссёры представляют его этаким «ботаником»-нравоучителем, но это в корне не соответствует авторскому замыслу и всем его лживым лицемерным монологам.

 

ДОРИНА – хорошенькая служанка с лёгким поведением. Очень молодая, игровой возраст 20 лет и при этом по-деловому всех учит жить. Имеет давнюю связь с Клеантом, а также и с Оргоном тоже. Понять, что Дорина сожительствует с Клеантом зрителю не просто. Но Тартюф знает тайну. Тартюфу она не интересна. Он разговаривает с ней коротко, холодно, презрительно. Как с животным, с низшим существом.

 

ДАМИС – сын Оргона, был изгнан из дома вовсе не потому, что стал ругать Тартюфа. Причина для изгнания отцом : особые отношения Дамиса с мачехой Эльмирой, которым Оргон хочет положить конец. Так Оргон говорит супруге :

Сына-подлеца известны ваши потакания.

Фактически в силу этой намечающейся связи отец семейства стоит перед выбором – либо выгнать из дома докучливого сына, либо свою новую жену.

 

Брак ТАРТЮФА на дочери ОРГОНА МАРЬЯНЕ по замыслу отца призван обезопасить перепись имущества. Это как-то прописывается в брачном договоре дочери, который привязывается к юридическому факту составления дарственной. Вплоть до последней сцены он не выдал дочь, а лишь намерен это сделать. Тартюфу Марьяна не нравится. Жених к ней относится … никак. Сама Марьяна не против, но иной вариант ей предпочтительней.

 

Нужно отметить ещё один важный момент. Взяв к себе Тартюфа, Оргон как бы «убивал двух зайцев». Он переписывал имущество, добытое за счёт взяток, а также делал Тартюфа номинальным хранителем-владельцем сундука с компроматом на действующих правителей, который мог быть обнаружен. В свою очередь Тартюф был поставлен ситуацией перед выбором : или он приобретал имущество Оргона согласно составленного на него договору дарения, или активировал бы сундук с компроматом жалобой Принцу, «топя» и Оргона, и имущество. Тартюф предпочёл второе, ставя вопрос бренных земных вещей мимо своего интереса. Он посчитал, что «вор должен сидеть в тюрьме», тогда как Принц оценит усердие. Сюжет, конечно же, взят Мольером из реальной жизни.

 

Французские комментаторы считают едва ли не самой  комичной в данном  произведении фразу ПОЛИЦЕЙСКОГО ЧИНОВНИКА : «Мы живём под принцем, врагом обмана».. Принц где-то сверху, лишь «кукла» для народа, а всё государственное управление осуществляется такими, как ОРГОН. Фактически Тартюф стал наивным курьером, который отнёс в прокуратуру доказательные материалы, как если бы выкинул их в мусорную корзину. Ценой своей покалеченной судьбы он поднял Оргону авторитет в среде таких же, развлёк их своим рвением.

 

Как следует из вышесказанного, произведение более чем основательно и дружит со здравым смыслом, а не представляет собой повод для хаотичных метаний по сцене актрис в роли ДОРИНЫ и ЭЛЬМИРЫ.